Главный туземец разошелся не на шутку, план всеобщего освобождения сусликов и утверждение мирового лидерства в области борьбы за свободу, не давало ему покоя. Бурные словесные тирады сыпались одна за другой. Главный туземец представил себя на огромной трибуне, ему казалось, что все народы мира слушали его, затаив дыхание. Толпа держала в руках плакаты в поддержку сусликов "Суслик наш меньший брат", "Сегодня лишаю крова сусликов, а завтра нас", "Несправедливость начинается с малого, а заканчивается большим.".
- Если мы сейчас не остановим несправедливость, которая твориться в соседних странах, эта несправедливость в скором времени коснется и нас - говорил на трибуне главный туземец.
Довольный такими мыслями главного туземца отвлек вопрос дипломата:
- Для детальной проработки моего плана мене нужны средства - сказал дипломат с омерзительной улыбкой, усмешка говорила сама за себя: не своей воли просим, но на благое дело, и для спокойствия душевного, только для ускорения результата дела.
- Сколько же тебе надо, милый мой гигант дипломатических дел, составитель тайных планов и транжира чужих денег.
- Немного, миллиона полтора туземских дукатов, надо доплатить за вредность, идея моя нанесла урон моему здоровью, требуется восстановить силы и найти душевное равновесие с миром, обрести покой.
-Да ты что, нобелевский лаурят, чтобы тебе нужно было здоровье. Тем более столько дать я не могу, у меня поход к арабам на носу, мне экономить надо. Так, что о деньгах больше не говори, это наводит на меня скуку и тоску, а скуке я страшен. – сказал главный туземец угрожающе.
- Как не крути, придется сегодня без денег уйти - подумал дипломат - попробую надавить на жалость.- Дети не кормлены, по лавкам сидят – хотел начать причитать дипломат, но понял сейчас не подходящий момент для жалости. Наверно если не помогает про здоровье, тогда надо попробовать про детей. Если не поможет про детей – сказать, что если не поправить все здоровье, то опять забуду, как у арабов нефть отобрать, в тоже время стать героем, чтобы все брали с тебя пример и завидовали.
- Ой, что-то мне плохо, не помню, как я сюда попал, что я здесь делаю, куда мне идти, что делать, чем заниматься.
- Ты что старый обманщик, меня так просто не проведешь, надо тебе что-нибудь придумать получше, поостроумнее, да по эффектнее.
Дипломата охватила паника: не получается получить деньги, как отдать долги. Что делать, о чем можно было просить дипломат не понимал, он напрягся, как только можно было напрячься, в надежде, что какая-нибудь светлая мысль посетит его. Глаза наливались кровью, дипломат свирепел, он ничего не мог поделать, кроме того, как напрягаться, никакая светлая мысль не хотела приходить к нему в голову. “Все, я погиб, я теперь я меньше чем никто, я просто ничто” - подумал дипломат.
Странная штука мозг, в нужный момент все таки срабатывают веками забытые клетки мозга, начинают пробуждаться дополнительные возможности."Я - никто"- очень четко запомнил мозг.
Случилась такая оказия: Человек забыл кто он, что он, как он, где он, и так далее. Он сделал это не нарочно, хотел денег побольше попросить, но забыл, как себя зовут, жадность на все готова в человеке, поэтому лекарство от жадности никогда не будет придумано, кто захочет лишить себя главного стимула.
-Собирайся и уходи - сказал главный туземец.
- Кто я, где я, - затрепетал дипломат, слова произносились так искренне и залостно, словно говорло безгрешное дитя. Главный туземец поверил в его искренность, но зная главного прохвоста всех времен и народов сказал:
-Не валяй дурака, собирайся и проваливай, денег больше не будет, все твои идеи ты мне изложил, так что нам с тобой не о чем разговаривать.
-Это наверно имя у меня “Не валяй дурака”, а как вас зовут, толстый, лысый, грубиян, который сидит на денежном мешке и все время ворчит, а сам набрал денег из этого мешка столько что не понятно где денег больше, в мешке или у вас.
Амнезия сопровождалась приступом правды, который набирал обороты, допустить утечки правды главный туземец никак не мог.
- Сколько денег вы взяли на дом у моря? За чей счет учатся ваши дети в самом престижном учебном заведении? Всю зарплату вы тратите на стрепизерш, на что вы содержите вашу семью, куда делись деньги с вашей предвыборной компании ? – начал агрессивно спрашивать дипломат.
Главный туземец слегка присел - еще никто не говорил ему в лицо такое количество правды, да и притом в лицо, да и при том правду. Если знает один человек, он может это рассказать другому - это будет совсем не секрет, это будет диверсия. От этой мысли у главного туземца - волосы зашевелились даже на спине.
-Послушай, дипломат, нам надо обсудить, где ты будешь проводить свой отпуск, я как раз собирался тебе сказать, что я для тебя подготовил лучший лайнер и лучшую команду, чтобы ты хорошо отдохнул. Ведь ты так хорошо работал, тратил много сил, теперь тебе надо хорошо отдохнуть.
-Вы к кому обращаетесь, я лично готовлю обращение к народу, народ должен знать, кто управляет их страной, чем занимается их главный туземец - сказал дипломат, подняв указательный палец вверх - свобода слова - одно из самых главных прав человека в этой стране, пусть все знают, чем занимается главный туземец.
Дипломат говорил так искренне, что главный туземец поверил ему.
- Послушай, дипломат, не хочешь отдыхать, возьми компенсацию за не использование свободы слова. Вот этот мешок тугриков, мешок старинный цены не малой, пусть тебя не заботят – этот мешок мне достался от бабушки.
- Не понимаю, к кому вы опять обращаетесь, меня зовут Никто.... - сказал дипломат, но при слове деньги в дипломате что-то опять перевернулось, добродетель ушла, при знакомых словах мозг дипломата вспомнил, кто такой дипломат и что больше всего любит дипломат - это были ДЕНЬГИ.
-Как хорошо, что вы поняли меня и мои желания - сказал дипломат взял деньги и вышел из кабинета главного туземца.
Может, когда говоришь людям правду, они деньги дают гораздо быстрее, чем когда говоришь неправду. Но, что дороже, правда или неправда. Разрешая эту проблему, дипломат сел в такси с кучей денег и поехал отдыхать.
Главный туземец сокрушался, что практически на пустом месте, он заплатил за молчание. Но другой стороны, если не платить за молчание, правда, обретет форму слов, затем разойдется из уст в уста, найдется грамотей и все запишет. Вот так главы государств ввергаются с престола, так что молчание очень выгодное и правильное вложение денег. Эта мысль очень успокоила главного туземца, он успокоился, пересчитал свои деньги – для хапуги это очень успокаивающее занятие, проверить сворованные деньги.
Воровать на таком посту так трудно, что кажется, что работаешь, посчитав свои сбережения, главный туземец решил отдохнуть.
← Часть вторая Часть четвертая→
